БЛИЖЕ К КЛАССИКЕ! - сайт екатеринбургской радиопрограммы,

посвященный классической музыке.

Home » Афиша » Петр Ильич Чайковский. Евгений Онегин

Петр Ильич Чайковский. Евгений Онегин

П.И.Чайковский, «Евгений Онегин»

Ан.А.Иванов (Онегин), И.С.Козловский (Ленский), Е.Д.Кругликова (Татьяна), М.П.Максакова (Ольга), М.О.Рейзен (Гремин), Б.Амборская (Ларина), Ф.С.Петрова (Няня), В.Якушенко (Трике), дир. А.И.Орлов (1948)

2 CD, MYTO, 981.176

Подход Орлова гораздо более традиционен. Он основан на буквальном воплощении оперных страстей и одновременно — на бесстрастном прочтении партитуры. Монотонное течение музыкального действия в картине бала вдруг почти взрывается серьезной драмой. Петербургский акт торжественен, финальное объяснение героев не оставляет вопросов.

Певцы связаны не единством драматургического замысла, а уровнем высококлассного музицирования. Елена Кругликова поет Татьяну безучастно, в заключительной сцене рисует образ резонерствующей дамы. Ее голос наполнен и красив, хотя и с чрезмерной «советской» вибрацией на верхних нотах. Онегин у Андрея Иванова, в отличие от Норцова, предстает человеком душевным и участливым, но не сильным и решительным. Максакова акцентирует в Ольге кокетство и обольстительность. Трике (В.Якушенко) в звучании и интонациях вовсе не пользуется комическими красками, он лиричен и начинает с чисто французского варианта куплетов, по началу избегая анекдотического русского акцента.

Участие в записи И.С.Козловского, абсолютного романтика, не может не навязать ей совершенно иное, никем не предусмотренное измерение. В монотонное развитие действия он вносит подлинную страсть. В своей первой сцене с Ольгой-Максаковой он поет именно по-взрослому страстно (это не юношеская зачарованность Лемешева и Златогоровой). Сцена бала у Козловского — уже высокая трагедия. Выступая в данном случае идеальным ансамблистом, он все же выбивается из ансамбля упругостью подачи слова. Именно его фразы слышны в квартете «Скажи, которая Татьяна». Шепотом он выражает вселенскую суть бытовой размолвки и подлинное крушение надежд, знаменитая фермата Козловского в слове «Прощай!» в финале картины бала становится кульминацией всей оперы. После этого ария «Куда, куда?» напоминает размышление о мировом порядке, а дуэт «Враги» захватывает дух гораздо сильнее самого выстрела, раздающегося посреди громыхающего оркестра. С исчезновением Ленского нерв оперы переходит к Гремину Марка Рейзена, в чьем голосе богатство оттенков озвучивает и молодость, и благородство.

Эта запись в чем-то более эффектна и сделана по законам большой оперы. К тому же она лучше звучит и потому может оказаться предпочтительнее для традиционно настроенного слушателя и достойного «джентльменского набора» в домашней фонотеке. Выбор записи Небольсина рекомендуется всем, имеющим тягу к изумительным раритетам.

Comments are closed.